15 июля. Первые трудности

Автобус все глубже зарывается в тайгу. По обочинам цветет сиреневый иван-чай. Сама же дорога похожа на стиральную доску.

Автобус старенький.

Весь трясется, гремит.

При особенно резких толчках от него отваливаются «лишние» детали, которые шофер собирает и складывает в специальный ящичек, чтобы потом поставить их на законное место.

На БАМе мы пятый день. А у нас уже сложились свои традиции.

Каждый день три концерта: два — днем на стройплощадках в Тынде, один — вечером в каком-нибудь клубе. Сегодня уже было два дневных концерта.

Теперь выезжаем в посёлок Восточный. Чтобы снять напряжение от двух дневных концертов и жары, шофер предлагает нам завернуть на речку искупаться.

«Уж больно я хорошее место знаю!

» — говорит он и отвозит нас на берег Гилюя. Дикие, пустынные берега.

Отмели — обкатанная до синевы крупная галька. Повсюду валяются коряги, стволы деревьев, ветки.

Сильным течением с них ободрало кору, потом разливом выбросило на берег и солнцем высушило до пепельного цвета.

И теперь берег напоминает свалку скелетов доисторических животных.

Со всех сторон сдавливают реку высокие скалы. Кажется, что находишься на дне пропасти.

Сама же река быстрая, словно пытается вырваться из горных тисков. Зато зайдешь повыше, ляжешь на воду, раскрыв руки, и понесет тебя течением, как чайку ветром.

В поселок Восточный въехали «с музыкой». Заклинило сигнал у автобуса.

Жители, думая, что едет «скорая помощь», тут же повыбегали из своих домов.

Зато собирать уже никого не пришлось.

Приезжая на новое место, мы обычно ищем сцену. На этот раз сценой стало цокольное покрытие будущей гостиницы.

Для районов Севера и вечной мерзлоты выпускаются специальные утепленные минеральной ватой фанерные блоки.

Есть блоки чердачного покрытия, есть стенные, есть блоки фундамента — цокольные.

Дома из них собираются, как в детском конструкторе.

На этом концерте мы впервые столкнулись с «детской проблемой», потому что детей вокруг «сцены» оказалось так много, что невозможно было выступать с серьезными номерами.

Детям неинтересно. Они носятся между рядами, шумят, играют в войну, прячась за спины зрителей.

Первым нашелся Женя Шибагутдинов.

Он вышел и сказал: «Дорогие дети! Я вам сейчас спою песню про малинового ежика».

Все тут же успокоились и, разинув рты, уселись на колени к мамам.

Потом Женя спел им про слоника, потом про крокодильчика…

А когда стали выходить остальные актеры, то у каждого в репертуаре оказалось что-то детское.

Кроме ансамбля…

Но, когда играет наш ансамбль, ему никто не может помешать. Ни дети, ни даже гром, который уже гремел вовсю.

Молнии ныряли не за горизонт, а в Долину Гилюя. Но ансамбль наш играл громче грома.

Быстро стемнело и так же быстро похолодало.

Приходилось, отработав свой номер, забегать за сцену и там прыгать, приседать, чтобы не замерзнуть.

Ну а девушек кутали в одеяла, в которые при перевозке обычно заворачивали аппаратуру.

Не повезло нашей Марине Бролик. Когда она читала стихотворение, её в ногу укусила оса. После концерта зрители говорили: «Какая у вас талантливая девочка.

И поёт, и танцует! А когда стихи читает, так переживает, что даже плачет».

Но вот край тучи повис над нами, а по верхушкам деревьев пробежал резкий ветер. Упали первые крупные капли дождя.

Слава богу, мы пели уже заключительную песню.

Правда, допеть её не успели. Гром грянул вдруг не на небе, а у нас на «сцене».

Одновременно с ним молния врезалась чуть ли не в аппаратуру, а дождь хлынул с такой силой, будто на небе сразу открыли до отказа все краны. Благодарные зрители вместе с нами подхватили музыкальную аппаратуру и бегом потащили и колонки, и музыкальные инструменты под первый попавшийся навес.

Пока пережидали грозу, в местном вагончике-столовой разговорились с ба-мовцами и бамовками. — Не всё так просто было, — поделилась наболевшим инженер Жанна Ржевская.

— Я ведь уже на вторую зиму приехала.

И всё равно порой нелегко было.

Электричество во всем посёлке иногда отключалось. В вагончиках минус сорок…

Правда, спится на морозе, знаете как крепко.

Самое главное у первопроходцев — это чувство товарищества, которого нам порой так не хватает в больших городах.

Что я заметила? Многие из нас, когда поселок уже начал застраиваться и разрастаться, снова уходили в десант.

Именно из-за особенной дружбы.

Меня это еще в мою первую зиму поразило.

И вот вернулась на вторую… Ночью по дороге в Тынду нас настигла буря.

Ливень был такой, что казалось, будто едем в подводной лодке, а не в автобусе. Потом поднялся ветер, засверкали молнии.

В довершение ко всему сломался автобус. Всю ночь простояли на горе.

Порой казалось, что ветер сдует автобус в темноту под обрывом, и тогда все со страху начинали петь, вспоминать случаи из своей жизни. А когда рассвело, все ахнули.

Вокруг нас была изуродованная бурей тайга.

Стволы сосен переломаны, словно спички. С речки полз вверх по склону сопки туман, постепенно превращаясь в облако.

Но вот небо окрасилось в розовый цвет: из-за волнистого горизонта, из-за сопок показалось бледное солнце. Наш шофер починил автобус, и мы снова затряслись по «стиральной доске».

Комментарии запрещены.

  • Хора

    Хора (или город Китира) отделена от Капсали крутым подъемом и выглядит очень живописно: дома кикладского типа ярусами заполняют кряж, восходя к венецианской крепости. В замок ведет современная пешеходная дорожка, но рядом, справа от нее, сохранился первоначальный вход в виде... 
    Читать полностью

  • Андрицена и храм в Бассе

    По направлению на запад, от Каритены к Андрицене, река Алфибс течет к северу, и холмы переходят в горы — святая Ликео на юге и Минти на западе. Дорога, только слегка более отдаленная, чем окружающая Димицану, хороша сама по себе, а ведь по пути будет еще Андрицена, традиционные... 
    Читать полностью

  • Кардамили

    Кардамили находится в 8 км от Ступы; это крупный курорт, по крайней мере по пелопонесским меркам, где есть апартаменты с самообслуживанием и есть отели, где в сезон туристические компании выкупают блоки номеров. Главная дорога, разделяющая город на две части, очень уж перегружена. Зато... 
    Читать полностью

  • От Алики до Порто-Кайо и Мармари

    Южнее Еролименоса (Еролимйи) хорошая дорога (и автобус ходит) продолжается до развилки в Алики, после чего одна дорога идет на восток через горы к деревне Лайя, а другая дорога, через Ватью и перешеек Мармари, тянется к Тенарону. Берег Алика-Ватья богат укромными бухточками, в... 
    Читать полностью

  • Эксо-Мани: от Ареополиса на север — до Каламаты

    Местность по дороге из Ареополиса до Каламаты прекрасна, как нигде в Греции. Дорога идет почти по узкому карнизу горы Тайгет над заливом Месиниакос. Первые несколько селений — обычные для Мани деревни с домами-башнями на горных склонах. По мере продвижения на север дорога... 
    Читать полностью