Стихи Евгения Евтушенко о детском хоре

Стихи Евгения Евтушенко о детском хоре, поющем в госпитале для раненых… У многих женщин, сидящих в зале, на глазах появляются слёзы.

А ведь сколько людей в Москве говорили нам на прощание: «Не надо там читать стихов. Не поймут.

Миниатюр да песен побольше давайте».

Теперь, после поездки, я смело могу сказать, что наши советчики были не правы. Видели бы они те тихие слезы…

Для песен и миниатюр было у нас отведено все второе отделение. Шум или, как говорит молодежь, «забой» — основная болезнь самодеятельных музыкантов наших 70-х. Мы помнили об этом, а потому тщательно отбирали песни.

Не этакие современные шлягеры, слова которых далеки от хорошей поэзии, да и от поэзии вообще, и не те, которые настраивают лишь отбивать ритм ногой под стулом. Особенно же радовались зрители миниатюрам.

И неважно, что они были студенческие, об экзаменах и общежитии. — Прежде чем ответить на вопрос, пойдите и подумайте: «Как держать ружье при ядрёном, простите, при ядерном взрыве?

» — Я уже подумала…

Ружье при ядрёном взрыве надо держать на вытянутых руках, чтобы расплавленный металл не капал на казенные сапоги. — Ну а вы, студентка Тьфусюкина, что будете делать, если во время практических занятий по гражданской обороне у вашего товарища пойдет кровь из носа?

— Это очень просто…

Немедленно наложу жгут на шею! Когда в зале больше женщин, всегда смех громче, заливистее и задорнее.

Естественно, что на суконно-камвольном комбинате мужчин было значительно меньше. В зале все так радовались нашим шуткам, что мы вдруг осмелели.

И решили сыграть миниатюры, написанные несколько лет назад нашими авторами из сатирического самодеятельного коллектива «Телевизор». «Председатель приемной комиссии: «Итак, вы хотите участвовать в нашей художественной самодеятельности?

А что вы умеете делать?» Два молодых студента (хором): «Можем прочитать стихи про Муху-Цокотуху!

» — Ну что ж… Слушаем вас. — Муха-муха Цокотуха.

— Позолоченное брюхо. — Муха по полю пошла.

— Муха денежку нашла.

Председатель приемной комиссии: — Что вы читаете?! Вы сами-то понимаете?!

Да я… Да вы… Да вас из института надо за это отчислить! Муха-муха Цека — что? Цекатуха?!

Как вам не стыдно?

— Да мы… да мы… Мы этого не имели в виду. — Да? А далее?

Ну-ка повторите вторую строчку? — Позолоченное брюхо…

— (перебивает) Вы на кого намекаете?!

— Да нет, ни на кого…

— А третья строчка?

Давайте-давайте, не стесняйтесь? Ну? — Муха по полю пошла.

Муха денежку нашла…

Председатель приемной комиссии (перебивает): — Хотите сказать, что у нас на поля просто так много денег выброшено?!

» После концерта подошел секретарь местной комсомольской организации: — Однако вы ребята — что надо!

Судя по всему, ничего не боитесь.

Впрочем, у нас вам бояться нечего. Дальше нас редко кого ссылают.

А в книге отзывов, которой мы должны были «отчитаться» перед профкомом и парткомом, появилась первая запись: «Большое спасибо, ребята, вам за ваше прекрасное выступление, за душевные песни.

Молодцы!

Особое спасибо за ваш юмор!» И подпись: «Тюменские девчата».

Ранним утром мы уже подъезжали к Тобольску.

Когда начало светать, мы увидели по обе стороны железной дороги серые болота с серыми телеграфными столбами и сороками на проводах.

В низинах между чёрными, словно промокшими насквозь, перелесками скучно лежал туман. Но вот поднялось из тумана солнце, ударило своими лучами в купола, башни и белокаменные стены Тобольского кремля — величественный и неприступный, как путникам Древней Руси, показался он нам на далеком холме.

Повеселели с появлением солнца и краски в природе, повеселели и мы, прильнувшие к вагонным окнам, глядя на Иртыш, над которым монотонно застучал, вкатившись на гулкий мост, наш поезд.

Комментарии запрещены.

  • Верхний город

    Подняться в Верхний город очень даже стоит, и не только ради уединения, хотя приехавшие на один день остаются по большей части внизу — да и подъем не так утомителен, как кажется на первый взгляд. Хорошо прихватить с собой провизию и воду, чтобы извлечь все, что можно, из немалой... 
    Читать полностью

  • Мезапос и крепость Майна

    В ближней деревне можно переночевать в переделанной под традиционный постоялый двор жилой башне: комплекс называется замком, Tsitsiris Castle — цены почти те же, что в отелях-башнях в Ареополи и Ватье, хотя номера больше, а окружающая обстановка и пейзажи более интересные и больше... 
    Читать полностью

  • Пещеры Пиргос-Диру

    В восьми километрах к югу от Ареополиса, в деревне Пиргос-Диру, дорога разветвляется, и один из путей после развилки сворачивает к пещерам одной из главных достопримечательностей Мани. В самой деревне есть стоящая обособленно жилая башня высотой в 21 м, таверны и кафе и сдающиеся... 
    Читать полностью

  • Верхний город и Кастро

    Кастро, куда ведет прямая тропа от верхних ворот, сохранила первозданный облик — крепость такая же, какой ее построили в XIII в. франки. В крепости поначалу размещался двор Гийома II де Вилльардуэна, но после его изгнания крепость служила главным образом цитаделью. Церковь Айя... 
    Читать полностью

  • Месиния: от Каламаты до Кипарисии

    Ном Месиния занимает пространство между отрогами хребта Тайгет на западе и «пальцем» на юго-западе Пелопоннеса. Между ними находится равнина Каламата. Зеленая, плодородная и сверкающая яркими красками область почти полностью окружена цепочкой хорошо сохранившихся замков.  Читать полностью →